О внутренней тишине и молчании

Сегодня мы находимся в преддверии Великой Субботы. В одном из песнопений этого дня есть удивительные слова. В русском переводе они звучат так:

" Да молчит всякая плоть человеческая и да стоит со страхом и трепетом

и ни о чем земном в себе не помышляет.

Эта молитва призывает нас оторваться от суеты повседневных бытовых хлопот, привести свои мысли и чувства в тишину, спокойствие и благоговение, ибо Царь царствующих и Господь господствующих идет на заклание отдать Себя в пищу верным.

Как же избавиться от этой пагубной суеты, которая влечет за собой поверхностность и невнимательность к нашей внутренней жизни? Одним из способов находиться в согласии с самим собой и миром является молчание. И сегодня, когда у многих из нас появилось больше свободного времени есть возможность с большой духовной пользой использовать это время и поучиться хоть немного проводить свою жизнь в благоговейном молчании.

Насколько же важно молчание, чтобы быть самим собой, иметь возможность услышать тихий, едва улавливаемый голос своей души, совести; молчать - чтобы быть в присутствии Божием?

Святой Ефрем Сирин в одном из своих произведений говорит, что, когда Бог творит человека, Он вкладывает в сердцевину его существа все Царство Божие, и задача жизни заключается в том, чтобы копать, копать, пока не дойдешь до той глубины, где находится этот клад.

И добраться до этой глубины может помочь молчание и внутренне созерцание своей духовной жизни, своих переживаний, своего Я.

Но молчание - это непросто - не говорить. Это нечто большее.

Каждый день мы находимся во взаимодействии с внешним миром. Мы находимся в гуще различных событий: деловых отношений, конфликтов, увеселительных праздников или бесцельного сидения за интернетом, которое опустошает нас.

Но есть и другой мир. Он не такой грубый и материальный, как внешний мир. Он робко проявляется, когда мы закрываем глаза, отрываемся от внешнего мира и начинаем чувствовать себя. И в этом нам помогает молчание. Это то молчание, когда нет ни внешнего диалога, ни внутреннего, когда мы вроде бы не говорим, но и не молчим, потому что идут постоянные внутренние комментарии и рефлексия. Это то молчание, когда нет ни телевидения, ни интернета и лишь только спокойная внутренняя собранность и тишина, которая, как сказал митрополит Антоний Сурожский помогает нам "вмолчаться в наши собственные глубины".

Чтобы помочь себе прийти в такие отношения с собой можно задать себе несколько вопросов:

- Могу ли я быть спокоен и расслаблен с самим собой? 

- Могу ли я сейчас спокойно пережить покой и насладиться моментом? Могу ли просто дышать. Ничего не делать и давать всему быть? Давать быть самому себе, другим, миру. Всё отпустить?

Таким образом мы можем попробовать восходить к тишине, если только оторвемся от видимого, чтобы через молчание дать проявиться невидимому. В своем роде святитель Феофан Затворник именно об этом писал: если мы глядим в ручей, в котором вода полна мути, мы видим только муть, а дна ручейка не можем увидеть; но если этот ручей несет прозрачные, чистые воды, то через их прозрачность мы можем видеть дно ручья, каждый камушек, все, что в нем лежит. И вот задача жизни в том, чтобы перестать мутить в себе поверхностные слои, чтобы можно было вглядеться в глубины собственной души.

Мне кажется именно об этом также говорил митрополит Антоний Сурожский, когда рассказывал о своем пастырском опыте, как можно приблизиться к своим глубинам через молитву и молчание.  Пример настолько показателен, что я хотел бы привести вам его без сокращения.

"Вскоре после моего рукоположения, - пишет владыка Антоний, - я был послан в старческий дом для совершения службы. После службы ко мне подошла очень ветхая старушка, ей было тогда сто два года) и обратилась ко мне с вопросом: "Отец Антоний, я хотела бы научиться молиться, что мне для этого сделать?" Я на нее посмотрел с удивлением и говорю: "Обратитесь к кому-нибудь, кто об этом знает!" Она ответила мне на это: "Я уже спрашивала тех, кто знает, но никогда не получила толкового ответа, так я подумала, что раз вы, вероятно, ничего не знаете, может быть нечаянно что-нибудь полезное скажете". Ну, это меня, конечно, укрепило, и я ей сказал: "В чем же дело?" — "Вот, — говорит она, — я молюсь все время и никогда не могу ощутить Божия присутствия..." И тогда я действительно поступил так, как она ожидала, то есть "ляпнул" первое, что мне пришло в голову: "Как вы можете ожидать, что Бог сможет слово вставить, если вы все время говорите?" — "А что мне делать?" Я говорю: "Вот что. Вы утром, когда встанете, уберите свою комнату, приготовьтесь, спрячьте в какой-нибудь укромный уголок то, что составляет беспорядок в каждой комнате, зажгите свою лампадку, сядьте уютно в кресле и н е молитесь. Вы, я знаю, умеете вязать, так вы перед лицом Божиим вяжите себе спокойно и молчите. Смотрите на фотографии своих родных, смотрите в окно, ничего другого не делайте"... Через неделю я снова там служил, и старушка (я уже с дрожью ожидал ее прихода) пришла и говорит: "Знаете, получается!" Я был в совершенном изумлении, потому что я надеялся сверх всякой надежды, но ожидать ничего не ожидал. — "А что же получается?" — "Вы знаете, я села вязать, и сначала я только слышала звук моих спиц. Потом этот звук стал монотонным ритмом, я его слушала и слушала, и постепенно благодаря тихому звуку моих спиц я вдруг почувствовала, как тихо вокруг меня. Я стала прислушиваться к этой тишине, и вдруг мне стало ясно, что в сердцевине этой тишины чье-то присутствие. И я поняла, что Бог тут. А дальше (говорит она) я и не молилась, а просто сидела в Божием присутствии".

И еще один похожий на это пример про одного западного святого XIXвека и простого сельского крестьянина. Этот святой был настоятелем маленькой деревенской церкви; и он заметил, что какой-то старик всегда сидел в церкви, просто сидел. Он его спрашивает: "Дедушка, что ты часами делаешь в церкви? Губами ты не шевелишь, творя молитву, пальцы твои не бегают по четкам, — что ты делаешь?"... И тот на него посмотрел и говорит: "Он на меня смотрит, я на Него смотрю, и нам так хорошо вместе". Вот то состояние, о котором я старался говорить: о внутренней тишине, о том внутреннем молчании, которое позволяет вслушаться во внешнюю тишину и в глубине этой тишины ощутить больше, чем тишину, ощутить присутствие, которое является предельным безмолвием, но безмолвием, полным жизни, способным дать жизнь.

Мы сейчаспроживаем очень не простое время, но это время дает нам возможность проживать жизнь более качественно и ценно, научиться с пользой обходиться с этим временем и приблизиться к себе настоящему и принять жизнь такую, какая она есть. Поздравляю всех с Великой Преблагословенной Субботой - днем тишины и благоговения и с наступающим Светлым Христовым Воскресением!  Берегите себя!

Николай Соколов

экзистенциальный психолог

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Проверка против спам-роботов.