К вопросу перевода Божественной литургии на язык жестов

В существующей практике перевода богослужений остается одна из ключевых проблем - проблема различия жестов и их адекватности в переводе отдельных богослужебных слов и, как следствие, появление затруднений в понимании службы глухими.

Совсем разные подходы обнаруживаются при переводе православных богослужений, в частности Божественной литургии в разных регионах страны. Сегодня существуют тенденции, стремящиеся, как упростить богослужение просто до смысловой передачи текста службы, так и максимального перевода всей литургии, включая тайные молитвы священника. И нередко можно видеть, как за внешне красивыми жестами скрывается непонимание, а иногда и просто элементарное искажение переводимых богослужебных текстов и догматического смысла, что сказывается на неверном восприятии и понимания происходящего глухими.

Далее для всех кто интересуется вопросами перевода богослужений на жестовый язык мы приводим выдержки из работы руководителя Новосибирской православной общины глухих Н.Н.Соколова "Вопросы перевода Божественной литургии святителя Иоанна Златоуста на Русский Жестовыя язык".

Принцип понимания богослужения глухими через доступную церковно-русскую адаптацию, мы считаем основным подходом к решению данной проблемы. Для убедительности в правильности данного подхода мы приведем два наглядных примера. Многие ли верующие, находящиеся на богослужении в храме  смогут сходу перевести, например, рождественский ирмос: "Любити убо нам яко безбедное страхом удобее молчание, любовию же, Дево, песни ткати спротяженно сложенныя неудобно есть: но и, Мати, силу, елико есть произволение, даждь" (Рождество Христово, второй канон на утрене, песнь 9)? Или другой ирмос: "Елицы древних изрешихомся сетей брашен львов, сотренных членовными, радуимся и разширим уста, слово плетуще от словес сладкопения, имже к нам наслаждается дарований" (Богоявление, второй канон, песнь третья, ирмос, по минее издания 1983 г).

Приведем адаптированный перевод последнего ирмоса: “Сокрушив челюсти  прожорливых  львов и освободившись от их древних сетей, (давайте) возрадуемся и расширим свои уста, сплетая из слов сладкую песнь, которая и (есть) приятный нам дар”. Но, как видим, даже в таком варианте, ирмос требует пояснения.

В тексте литургии также есть трудные для понимания глухими места, например, Херувимская песнь, некоторые моменты евхаристического канона, ектения «Прости, приимше…» и некоторые изменяемые  части литургии. В тоже время мы не русифицируем некоторые церковнославянские слова, которые настолько стали привычными и понятными для глухих, что даже артикулируются на славянском языке. К таким словам и выражениям можно отнести "паки и паки", "Святый Боже", "многая лета", "люди Твоя" и некоторые другие.

1.1. О начале Божественной литургии  

Божественная литургия – самое древнее из уставных богослужений христианской Церкви.  Литургия – это общественное богослужение, за которым совершается таинство Святого Причащения. Это великое Таинство любви Бога к человеку было установлено Самим Иисусом Христом на Тайной Вечери (Мф.26, 26-29; Мк.14, 22-25; Лк.22, 19-21; 1 Кор.11, 23-26). Господь заповедал совершать это Таинство в Его воспоминание (Лк.22, 19).

Божественная литургия называется также Евхаристией -  ευχαριστ…α, что в переводе с греческого – благодарение. Совершая ее, мы благодарим Бога за спасение рода человеческого от греха, проклятия и смерти через Жертву, которую принес на Кресте Его Единородный Сын, Господь наш Иисус Христос.Главная часть литургии, - анафора, или так называемый евхаристический канон, как раз и начинается с призыва священнослужителя: “Благодарим Господа”.

В современном виде литургия византийского типа состоит из трех частей: проскомидии, литургии оглашенных и литургии верных.

Так, как первая часть литургии - проскомидия совершается священником в алтаре за закрытыми Царскими вратами, и молитвы произносятся неслышно для присутствующих в храме, то и рассмотрение жестового перевода этой части  мы здесь опустим.  Глухим верующим достаточно объяснить, что происходит в алтаре во время проскомидии и настроить их на предстоящую совместную молитву.

Теперь  приступим к обозрению основных частей  Божественной литургии. Вторая часть литургии, совершающаяся уже во всеуслышание предстоящего в храме народа, называется литургией оглашенных, так как на ней разрешалось присутствие оглашенных, то есть только готовившихся к принятию Христовой веры, но еще не крещенных.

Начинается эта часть богослужения тем, что получив благословение священника, диакон выходит на амвон и возглашает: ”Благослови, Владыко!”

Этот возглас употребляется, если литургия служится с диаконом, который просит священника благословить, т.е. хвалить и славить Бога. Диакон именует при этом священника владыкой (господином) не только по требованию вежливости, а потому, что священник есть предстоятель богослужения и вообще имеет духовную власть священнодействовать, учительствовать, вязать и решать, и руководить верующих ко спасению.

В жестовом переводе этого, на первый взгляд, простого возгласа у переводчика могут возникнуть определенные трудности. Если предположить, что обращение диакона направлено к священнику, как к человеку, предстоящему перед Престолом, то слово «благослови», скорее всего, должно быть переведено, как «разреши», «одобри» предстоящее дело. И обращение к нему, тогда будет, как к человеку, имеющему власть священнодействовать, несет в себе жестовый эквивалент «владыка – человек». А если же эти слова обращены к Владыке-Христу, как совершителю Таинства, то всё выражение будет переведено уже совершенно другими жестами, означающими испрашивание у Бога, как у Владыки всего сущего ниспослание Его благодати и благословения на предстоящее богослужение. 

Чтобы понять правильный смысл этого выражения постараемся разобраться в этом вопросе.

Прежде чем выйти на амвон, диакон с предстоятелем в алтаре читают определенные уставом молитвы перед началом богослужения. После этого священник целует Евангелие, а диакон  святой престол. Затем диакон, троекратно обращаясь к священнику и напоминая ему о наступлении момента для начала священнодействия, испрашивает для себя благословение (начать богослужение). Получив благословение, диакон выходит северными дверьми алтаря на амвон, становится против царских дверей и трижды поклонившись, про себя трижды произносит “ Господи, устне мои отверзеши…” и громогласно возглашает: “Благослови, владыко! ”

Понятно, что получив благословение в алтаре, диакон не повторяет здесь свою просьбу благословить его еще раз на начало богослужения, и здесь его возглас имеет совершенно другое значение. В этом случае диакон от лица верующих призывает священника начать богослужение, эту таинственную Евхаристию с  благословления, т.е. прославления и хваления имени святой Троицы.

Описание жеста «благослови». Правильный перевод возгласа «благослови» будет таким: прошу + благо + слава. Данный жест является синкретичным, т.е. связанным, нераздельным  несмотря на то, что состоит из двух частей:1) благо и 2) слава.

Рассмотрим конфигурацию этого жеста по элементам:

Благо - кисть правой руки, сложенная как при показе буквы «Ж», подносится кончиками пальцев ко рту и немного движется от себя, в это время пальцы раскрываются. Рисунок этого жеста напоминает жест «хорошо», но артикулируется слово «благо».

Слава - традиционный общеупотребительный жест, не требует описания.

Описание жеста «Владыко». Этот жест также состоит из двух частей.  Это традиционные жесты: 1) власть; 2) человек. Вариант перевода с использованием лексемы  «Владыко» будет следующим:власть + человек + (к-о). Артикуляция – владыко.

Когда предстоятелем во время богослужения является архиерей, то обращение «влыдыко» к нему оставляем без изменения. Однако вне богослужения описание жеста «владыко» будет, как панагия + человек.

Панагия – кисть правой руки с слегка согнутыми и разведенными пальцами прикасается кончиками пальцев к груди, изображая архиерейскую панагию.

Ошибки перевода:  будет считаться смысловой ошибкой перевод возгласа «благослови», как (благо + разреши) и «владыко», как «Вседержитель».

На этот возглас диакона священник начинает литургию торжественным прославлением благодатного царства Святой Троицы, указывая этим, что Евхаристия открывает вход в это царство: “Благословенно царство Отца, и Сына, и Святаго Духа, ныне и присно, и во веки веков”. Хор поет: “Аминь”.

В этом самом торжественном начинательном возгласе в православной литургической практике заслуживает глубокого рассмотрения каждое слово, так как в этом призыве сокрыто все Евангелие и содержится смысл исповедание нашей веры. Но это тема для дополнительного изучения, нас же интересуют слова, представляющие сложность для переводчика.  

По-видимому, одной из главных характеристик прославляемого Царства, является именно то, что выражается через слово «благословенно»“Благословенно Царство”.  

По самой конструкции это слово состоит из двух корней  - «благо» и «слово». Рассмотрим подробнее это выражение, так как в богослужебном языке встречается очень много слов с корнем «благо». Слово благословенно является абсолютно точной калькой с греческого "евлогия" . Евлогия – это и есть благословение, благое слово. В современном русском языке этот греческий смысл отчасти утерян. Но можно догадаться или знать, что означает слово благо в греческом, да и в русском языке, основанном на религиозном и нравственном ощущении человека. Собственно, в греческом языке практически нет иного обозначения, кроме слова «εν», для обозначения слова «благо» или «добро». В русском языке, по словесному ощущению, слово «благо» отличается от слова «добро», пожалуй, только тем, что в первом предполагается несколько больший нравственный и мистический смысл, чем во втором.  

Благо или добро - есть то содержание бытия, которое взывает к его наиболее высокому, значимому содержанию, в котором открывается  его подлинный, запредельный смысл именно потому, что добро есть качество бытия, сотворенного Богом,  и поэтому содержит все смыслы, которые выявляют его главные, бесконечно значимые тварные содержания соотносимые с Творцом. Это относится, прежде всего, к обобщенным содержаниям творений (вспомним Шестоднев – после каждого дня Господь говорил: “Благо, добро”).

Таким образом, благобытие есть главное содержание Божественного творения, потому что во благе, как в конструктивном, жизненном содержании, взятом в его пределе и напряженно взывающем к этому пределу, и содержится смысл бытия любого предмета. Свет - добро. Земля, как творение Божие – добро. Творения органические и даже неорганические – добро, все, все, что сотворено Богом.

Употребление слова «добро»  в РЖЯ  носит, скорее всего, материальный смысл, а не как выражение главного нравственного качества жизни человека. А о слове «благо» и вовсе говорить не приходится, - оно не только в Жестовом языке, но и в русской лексике большей частью уже забыто. Тем не менее, применительно к богослужебной практике возрождается в жестовом языке именно слово «благо».

Второй корень слова благословенно – есть «слово». К сожалению, русский язык в этом отношении оказался более скудным, чем греческий, потому что греческое слово логос буквально переводится на русский язык только лишь, как слово. Здесь следует заметить, что высказывая благое  слово,  мы обращаемся к поиску благодати Божией и одновременно выражаем высшее прославление и хваление Творцу. Поэтому, будучи выраженным в благом слове, это слово также становится нам и благословением Божиим.

Описание жеста«благословенно».

Как мы уже сказали, жест состоит из двух частей: «благо» и «слово». В понимании глухими слово «благословенно» воспринимается, как благо, хорошо славить, т.е. благо, хорошо  произносить и возносить славу и хвалу.

Описание слова «благо» мы разобрали выше в начальном возгласе диакона “Благослови, владыка”. Все эти слова носят традиционный характер жеста, узнаваемый всеми глухими. Единственно, что непременно переводчик  должен сделать – это синхронизировать свою речь с речью священника или диакона и в данном случае обязательно артикулировать слово благословенно.

Итак, конструкция жеста возгласа «благословенно Царство» будет следующей: благо + говорить + слава; «Царство» – лексема царь + Небо-(в+о).

Ошибки перевода. Ошибкой будет  перевод первой части слова «благо», как «добро» с демонстрацией жеста, выражающим нечто ласковое и противоположное злу. В данном случае жест «добро» (по тыльной стороне левой руки сверху, как бы поглаживая ее, плавно движется к себе правая рука, выражение лица приветливое) не должен применяться в возгласе «Благословенно Царство».

Иерейское славословие заключает хор возгласом “Аминь”.

Это – древнее еврейское слово означает: «истинно, да будет так».  Оно служит к подтверждению, свидетельству непреложной истины. Святой Иероним выразительно называет это слово “печатью молитв”.

Описание жеста «Аминь».

Аминь - кисти рук сложенные как при показе буквы «О», обращены ладонями одна к другой, быстро движутся вперед.  

В жестовой коммуникации глухих этот жест напоминает жест «правильно», «верно».  Артикуляция – аминь.

1.2. Великая ектения

За начальным возгласом следует Великая, или Мирная ектения, начинающаяся возглашением диакона:  “Миром Господу помолимся!”

Для нас в этом возгласе представляет интерес слово «миром». Русский язык, после того, как в 1918 году реформа отменила разные написания буквы и – восьмеричное и десятеричное – и осталось только одно, стал беднее хотя бы потому, что теперь только по контексту можно определить, что означает слово мир, да и то не всегда.

В греческом языке известны два разных слова, которые на русский язык переводятся одним словом мир. В одном случае слово мир означает космос; в другом смысле слово мир "эн ирини" означает тишина, спокойствие, невозмутимость. Не осознавая этого, некоторые люди смешивают эти два значения, полагая, что миром молиться означает молиться «все вместе, всем народом,  т.е. всем миром». Этот смысл можно не исключать тоже, потому что литургия и есть общее делание, но греческое слово "эн ирини" все же имеет другой смысл. Этот призыв вернее было бы перевести  не в творительном падеже «миром Господу помолимся», но гораздо точнее и по букве, и по смыслу – «в мире». Молящиеся призываются совершать моление в таком качестве внутреннего состояния, переживания жизни, которое в психологическом понимании означает спокойствие духа, тишину, невозмущаемость, с чистой совестью, в единомыслии и взаимной любви. Хотя на самом деле это слово обладает более глубоким смыслом.  Мы испрашиваем такого мира от Господа, который апостол Павел называет  «превысшим всякого ума» (Флп. 4, 7).

Например, слово смирение (нищета духовная), которое тоже происходит от слова мир, означает то устроение бытия, в котором человек полностью отрицает свою самость, и в нем нет конфликта ни с самим собой, ни с другими людьми, ни с Богом. Чаще всего именно нашими внутренними конфликтами, состоянием немирности вызываются  наши конфликты и с окружающим нас обществом, мирозданием, да и с самим Творцом. Наши внутренние конфликты есть не просто сведение счетов с самим собой, по причине того, что «ум с сердцем не в ладу», но некое неизбежное качество падшего бытия.

«Миром Господу помолимся» - это значит: войдем в то состояние внутренней жизни, в котором нет никаких ни внешних, ни внутренних противоречий, т.е. в мирном, умиротворенном состоянии души. И поэтому в этом призыве Церковь нас призывает не просто отвлечься от помыслов, но и попытаться собрать свою раздробленную целостность с помощью Божественной благодати, которая с первых секунд начинает действовать в Божественной литургии. И стяжать, взыскать такое внутреннее устройство души можно только в состоянии смирения и внутреннего примирения.

Описание жеста «миром». Чтобы приблизить глухих к пониманию значения слова «миром» мы предлагаем применять в этом прошении сочетание жестов «покой» и «душа», т.е. в душевном спокойствии, умиротворении. Артикулировать слово необходимо, как «в мире». Мимика и выражение лица переводчика должны выражать состояние спокойствия, внутренней тишины, умиротворенности.

Рассмотрим конфигурацию этого жеста по элементам:

Покой - кисти рук, сложенные как при показе жеста «один», прикладываются кончиками больших пальцев к груди и затем плавно опускаются вниз.

Душа - ладонь правой руки один-два раза прикасается к области сердца.

В завершении жеста «миром», можно показать жест «все», т.е. все мы, здесь предстоящие и молящиеся. Добавление этого жеста дает ясное представление о том, что предлагается здесь общая молитва.

Слова «Господу помолимся», как нам кажется, не требуют не никакого специального комментария для профессионального переводчика.

Ошибки перевода. Иногда перевод слова «миром», можно встретить в виде жеста «дружба». Наверное, здесь грубой ошибки не будет, если рассматривать этот жест, в первую очередь, как примирение с самим собой, а затем уже, как мир с другими людьми. Но в этом случае во время предварительной беседы о литургии необходимо обсудить с глухими этот момент, прочем, как и в первом варианте перевода. В традиционном же понимании жест «дружба», все же понимается глухими, как отсутствие ссоры, конфликта с другими людьми, а поэтому в данном случае было бы правильным исключить этот вариант перевода.

________________________

Полностью ознакомиться с работой и видеоприложением "Вопросы перевода Божественной литургии святителя Иоанна Златоуста на Русский Жестовыя язык" 
можно в библиотеке Свято-Макарьевского православного богословского института (г.Новосибирск, ул.Советская, 91).

 


[1] Панагия – (греч. παναγ…α, т.е. всесвятая) – так называется наперсный образ Спасителя или Божией Матери. Этот образ архиерей носит на груди в напоминание своего долга носить в сердце своем Господа Иисуса Христа и возлагать упование свое на заступление Пречистой Матери Его.

[2] В греческих священнослужебных последованиях ектению называют еще великое соединение, потому что в ней соединяются многие и различные моления и прошения о всей Церкви, ее членах и о необходимых потребностях.

[3] О проблемах унификации богослужебных жестов см. Приложение 3. С.131-133.

При использовании материала работы ссылка на источник обязательна.

www.effafa.ru

Комментарии

Отправить комментарий

CAPTCHA
Проверка против спам-роботов.